Rectangle 10 Page 1 Shape Combined Shape
Размер шрифта:
a
a
a
Цвета сайта:
ц
ц
ц
Изображения:
Настройки
Настройки шрифта:
Выберите шрифт Arial Times New Roman
Интервал между буквами (Кернинг) Стандартный Средний Большой
Размер шрифта:
a
a
a
Цвета сайта:
ц
ц
ц
Изображения:
Настройки

Анна Иоанновна

Императрица всероссийская с 1730 по 1740 год


Годы правления Анны Ивановны принято называть бироновщиной. По имени фаворита императрицы Эрнста Иоганна Бирона, которому императрица полностью доверяла и доверялась. Анна Ивановна, на самом деле, не очень интересовалась государственными делами. Но она предоставила ведение дел не только своему фавориту, но и канцлеру графу Гавриле Ивановичу Головкину, и одному из богатейших вельмож России, князю Алексею Михайловичу Черкасскому. Внешними делам заведовал Андрей Иванович Остерман, а военным делами – фельдмаршал Христофор Антонович Миних.

Христофор Антонович Миних.jpg

Христофор Антонович Миних

Анна Ивановна (Иоанновна) средняя  дочь царя  Ивана (Иоанна) V Алексеевича  и  Прасковьи Фёдоровны. Пётр I выдал её замуж за герцога курляндского Фридриха Вильгельма. Она рано овдовела и жила в Митаве, как провинциальная  помещица. Именно  к ней после смерти Петра II в 1730 году и были привезены «кондиции», то есть, условия правления и предложение принять венец российской императрицы. Ответ Анны был составлен в Москве заранее в такой форме, что она, будто бы, сама по своей воле даровала Верховному тайному совету просимые им полномочия.

Императрица, несмотря на то, что не получила никакого образования, отличалась, по мнению современников, «ясностью во взглядах и верностью в суждениях». 

Многие  отмечали в Анне методичность, большую любовь к порядку, постоянную заботу о том, чтобы ничего не делать поспешно. 

Как и всякая женщина, Анна Ивановна имела свои слабости и страхи. Известно, что она “не любила и боялась пьяных” и ещё её пугала быстрая езда. 

Самодержица

Анна Ивановна, согласилась на все условия, «кондиции», выдвинутые Верховным тайным советом по ограничению самодержавия, и поехала в Москву. 

Она согласилась, что по принятии русского престола, должна была в течение всей жизни не вступать в брак и не назначать по себе преемника, а также править вместе с Верховным тайным советом. А без согласия с Советом: 1) войны не начинать; 2) мира не заключать; 3) подданных новыми податями не облагать: 4) в чины выше полковника не жаловать; 5) у дворянства жизни, имения и чести без суда не отнимать; 6) вотчин и деревень не жаловать; 7) в придворные чины не производить; 8) государственные доходы не личные нужды не употреблять.

Прежде, чем въехать в Москву, новая императрица остановилась в селе Всесвятском

Там она приняла офицеров гвардии. Каждому она поднесла по стакану водки, а затем Анна Ивановна неожиданно для всех объявила себя полковником Преображенского полка и капитаном кавалергардской роты. 

гвардейцы.jpg

Гвардейцы

К торжественному въезду в Москву будущей императрицы Анны Ивановны были обновлены триумфальные ворота. Кроме того, триумфальные ворота, по вечерам украшавшиеся иллюминацией, строили перед своими дворами частные лица. Особенно эффектные ворота устроил перед своим домом испанский посол. Город был заполнен съехавшимися на свадьбу Петра II дворянами.

Анна Ивановна приняла в Успенском соборе Москвы присягу высших сановников империи и Синода на основании требований, изложенных в подписанных ею “Кондициях”, ограничивающих самодержавную императорскую власть. Но через пять дней Анна Ивановна получила челобитную от дворянства с просьбой “подписанные вашего величества рукою пункты уничтожить”. «Кондиции» вызвали недовольство дворянства, так как означали неограниченную власть Верховного тайного совета. Недоверие  дворянства объяснялась и тем, что  подготовка ограничительных «кондиций» была осуществлена в узком  кругу.  Просьба была исполнена – Анна на глазах у  всех  разорвала  «Кондиции»,  самодержавие  было восстановлено. Тогда же Анна решила вопрос о возвращении в Петербург императорского двора. Миних был вызван в Москву и ему поручили заняться приготовлением петербургских дворцов к переезду государыни.

Попытка членов Верховного тайного совета ограничить самодержавие оказалась сорванной. 

После демонстративного уничтожения «Кондиций» императрица вторично приняла присягу народа на условиях полного самодержавия. Улицы были иллюминированы, все веселились и пировали.

Анна разрывает кондиции.jpg Анна разрывает кондиции

Вечером того же дня видно стало на небе северное сияние. Не чуждый суеверий народ пустился по этому поводу в толки о предзнаменованиях. Впоследствии, когда в царствование Анны Ивановны совершалось немало жестокостей, которые главным образом справедливо и несправедливо приписывали любимцу ее Бирону, вспоминали об этом небесном явлении, происходившем в день, когда императрица приняла самодержавное правление, и говорили: "Недаром тогда весь край неба казался залитым кровью: много крови пролилось в царствование, начавшееся в этот день". В этот же самый день Анна Ивановна дала повеление доставить к ней любимца Бирона, хотя при подписании условий Верховный тайный совет вынудил у нее обязательство не приглашать в Россию этого человека.

Герцог Эрнст Иоганн Бирон. Гравюра Л. А. Серякова.jpg

Герцог Эрнст Иоганн Бирон. Гравюра Л. А. Серякова

По приезде Эрнст Иоганн Бирон получил высший придворный чин — обер-камергера (тогда это была придворная должность, а не звание), «с рангом действительного генерала». Со вступлением Анны Иоанновны на российский престол Бирон становится официальным фаворитом, хотя его влияние ограничивается преимущественно двором императрицы: он выступает посредником между ней и её министрами.

Упразднив Верховный тайный совет, Анна Ивановна восстановила полномочия Правительствующего Сената. По плану Миниха, Сенат был разделен на пять департаментов: 1) дел, касающихся духовенства, 2) военных, 3) финансов, 4) юстиции, 5) промышленности и торговли. 

А затем появился манифест, в котором от имени  императрицы  Синоду предписывалось стараться о соблюдении православными христианами закона Божия и церковных преданий,  о возобновлении  храмов  и  странноприимных  домов,  об  учреждении   духовных училищ, об исправлении установленных церковных треб, церемоний и молений. 

Манифест подготовил Феофан  Прокопович, которого многие считали "верховником" в духовном ведомстве. С 1730 по 1736 год были  привлечены  к  розыску,  расстрижены  и  сосланы  в заточение шесть архиереев, состоявших в недружелюбных отношениях с  Феофаном Прокоповичем; после 1736 года той же участи подверглось еще трое  архиереев.

Вместо Верховного тайного совета в 1731 году Анна Ивановна учредила верховный орган власти – Кабинет министров.  Возглавил Кабинет  Андрей Иванович Остерман.

Андрей Иванович Остерман.jpg

Андрей Иванович Остерман

Анна Ивановна решила вернуть столицу на берега Невы. Возвращение двора Анны Ивановны в Петербург было торжественным. Въезд был отмечен артиллерийскими залпами, иллюминацией и фейерверками. 

«Слово и дело»

“Слово и дело государево” — словосочетание, которое наводило ужас на людей всех сословий и званий. Смысл этой фразы заключался в обязанности доносить о преступлениях, выражавшихся как в делах, так и в словах, прежде всего, в поношении царствующих особ; при этом предписывалось — под угрозой тяжких наказаний — доносить на всех без исключения, в том числе, и на своих родных.

По указу императрицы была создана Канцелярии тайных розыскных дел – органа политического сыска. Новое учреждение строилось по образцу Преображенского приказа и стало его прямым преемником. Местом его пребывания был назначен Преображенский двор в Москве. Когда императорский двор переехал в Петербург, орган политического сыска также был переведен на берега Невы. 

К недоумению многих, обер-камергер герцог Курляндский Эрнст Иоганн Бирон был зачислен в “неприкасаемые” особы. Любое слово, которое могло быть истолковано как выпад против Бирона, вело человека в Тайную канцелярию, к допросам и пыткам.

В короткий срок Канцелярия набрала чрезвычайную силу и вскоре сделалась одним из важнейших учреждений и своеобразным символом эпохи. Анна постоянно боялась заговоров, угрожавших её правлению. Поэтому злоупотребления этого ведомства были огромны. 

Шпионство стало наиболее поощряемым государственным служением, в том числе, и при дворе, который Анна создавала сама по типу европейских. 

В делах  внутреннего управления  коллегиальный  принцип Петра I стал постепенно   вытесняться принципом бюрократического и единоличного управления. 

Кабинет министров, созданный  "для  лучшего и порядочнейшего отправления всех государственных дел, подлежащих рассмотрению  императрицы" был поставлен  выше Сената.  

Кроме существовавших уже коллегий, возник целый ряд отдельных канцелярий, контор и  экспедиций,  а  в  Москве учреждено два приказа для окончания не  решенных  дел:  судный  –  по  делам гражданским и розыскной – по делам уголовным. Возник Сибирский приказ, расширена деятельность  Доимочного  приказа.

Анна отменила указ о единонаследии. По этому указу, принятому в 1722 году, поместья и вотчинные земли объявлялись "недвижимой" собственностью. Их нельзя было продавать и закладывать, а также делить между наследниками – вся недвижимость передавались одному наследнику (старшему сыну); остальные – сыновья, дочери и вдова – получали движимое имущество. Формально это мотивировалось необходимостью предотвратить дробление земельных владений и измельчение помещичьих хозяйств.

Главная цель указа состояла в том, чтобы принудить молодых дворян к службе. Мол, они "принуждены будут хлеба своего искать службою, учением, торгами и прочим". От службы пытались уклониться любыми возможными способами. Но уклонявшегося от службы лишали имения в пользу доносчика (даже если это был его собственный холоп). Конечно, закон о единонаследии был встречен враждебно. А его отмена Анной Ивановной – принята с радостью.

Событием особой важности стало учреждение Кадетского корпуса в Петербурге. Ведь корпус избавил дворянских детей от солдатской службы. В распоряжение корпуса предоставлен дворец князя Меншикова на Васильевском острове.

Это было первое среднее привилегированное военно-учебное заведение закрытого типа корпус Кадет (Сухопутный Шляхетный корпус), где дворянские дети получали образование вместо прохождения солдатской службы. 

В корпус принимали дворянских детей от 13 до 18 лет русского и немецкого происхождения, которых обучали «арифметике, геометрии, рисованию, фортификации, артиллерии, шпажному действу, на лошадях ездить и прочим к воинскому действу потребным наукам». 

Но так как не все были склонны к военной службе, а государству «не менее нужно политическое и гражданское обучение», то в корпусе преподавали также иностранные языки и латинский, историю, географию, юриспруденцию, танцы, музыку и «прочия полезныя науки», обучая им каждого «сообразно его склонностям и способностям».

Вокруг Москвы, по указу Сената, возведены вал и таможенные заставы против ввоза не заявленных в таможню товаров. Компанейский вал для задержки нелегального провоза водки в Москву был сооружен откупщиками-виноторговцами (“компанейщиками”). 

Кстати, на каждого жителя города (включая женщин и детей) потреблялось до 32 литров алкоголя в год. Особую статью московской торговли составляла продажа вина, которая находилась под контролем государства.  

Виноторговля находилась в руках откупщиков, главнейшими поставщиками были помещики, заводившие винокурни в своих имениях. В Москве откупщиками выступали крупнейшие купцы, концентрировавшие в своих руках, благодаря этому, значительные капиталы, позволявшие им развивать собственное производство. 

Несмотря не строгий надзор Камер-коллегии, была широко развита подпольная торговля. Именно с целью пресечь нелегальный ввоз в город вина, и был построен на средства откупщиков Компанейский вал.

Двор императрицы

Пётр I уничтожил старый царский двор, но нового не создал. Ни Екатерина I, ни Пётр II не имели своего двора, в европейском смысле этого слова, с его сложной организацией и декоративной пышностью, принятой в странах Запада. Анна решила создавать всё заново: назначила множество придворных чинов и установила приёмы в определённые дни; она давала балы и устроила театр, как у французского короля.

Анна Иоанновна в петергофском Тампле стреляет оленей. Художник Василий Иванович Суриков.jpgАнна Иоанновна в петергофском Тампле стреляет оленей. Художник Василий Иванович Суриков.

Роскоши при дворе императрицы пытались подражать: в высшем свете появились, так называемые, «открытые столы», иноземные повара, которые стремились перещеголять друг друга не в качестве еды, а в изыске оформления и способа подачи, появляются неизвестные прежде дорогие вина – бургунское и шампанское. 

При Анне появилась первые указы, связанные с модой. Так, официально было запрещено приезжать ко двору два раза в одном и том же платье. Спартанская простота предыдущих царствований сменилась разорительной роскошью. Анна Ивановна  любила давать пышные и роскошные балы и сама участвовала во всех придворных увеселениях. Еженедельные приёмы во дворце проходили по воскресеньям, после обедни.

+ Шуты при дворе Анны Иоанновна. Художник Валерий Якоби.jpg

Шуты при дворе Анны Иоанновна. Художник Валерий Якоби.

Балы неизменно завершались обильным ужином, на котором обязательно подавались горячие блюда. Интересно, что из годовых расходов на двор 260 тысяч рублей на придворный стол тратилось 67 тысяч рублей.

12 августа 1740  году у племянницы императрицы, Анны Леопольдовны, выданной в  1739 году замуж за принца брауншвейгского Антона-Ульриха, родился сын Иван,  которого  Анна Ивановна и объявила  наследником   русского престола.  Тот же 1740 год стал решающим в деле решения одной из самых насущных проблем — постоя военных. Согласно прежнему закону о постое горожане обязаны были выделять для житья военных помещение, предоставлять дрова и свечи. Только в 1740 году был издан указ о строительстве слобод для полков гвардии. 

Вскоре  после  рождения  Ивана Антоновича императрица тяжело заболела. 

В девять часов вечера, 17 октября 1740 года, сказав Бирону: “Не бойсь!”, российская императрица Анна I Ивановна (Иоанновна) умерла. 

Накануне, герцог Курляндский, Лифлянский и Семигальский Эрнст Иоганн Бирон был назначен регентом при младенце-наследнике. Объявление Бирона регентом представлялось совершенно беспрецедентным актом. По основной версии, на этом настоял сам  Бирон, по другой — даже Бирон был несколько растерян таким назначением.

По свидетельству современника причиной смерти Анна Ивановна  стала “каменная болезнь”, так как “ по вскрытии тела императрицы нашли в чреслах камень такой величины, что он обнимал всю внутренность утробы...”. 

К концу правления Анны Ивановны число жителей Российской империи, по данным ревизии  1742 года, составляло более 20 млн человек.