Rectangle 10 Page 1 Shape Combined Shape
Размер шрифта:
a
a
a
Цвета сайта:
ц
ц
ц
Изображения:
Настройки
Настройки шрифта:
Выберите шрифт Arial Times New Roman
Интервал между буквами (Кернинг) Стандартный Средний Большой
Размер шрифта:
a
a
a
Цвета сайта:
ц
ц
ц
Изображения:
Настройки

Ко Дню защитника Отечества запускается акция #СкажиСпасибоЛично

20 Февраля Пермь

pic 20 Февраля

Ко Дню защитника Отечества запускается акция #СкажиСпасибоЛично. Мы предлагаем вам поделиться в соцсетях архивными фотографиями и видео со своими родными – защитниками Отечества.

Успейте сказать спасибо всем тем ветеранам, кто еще с нами, сходить в гости или просто позвонить

Наши сотрудники также присоединяются к акции. Сегодня мы расскажем об Абатуровой Екатерине Алимпиевне, девушке-зенитчице, которая, пройдя войну, сохранила память о ней нескольких поколений пермяков и ушла в свой любимый праздник – День Победы.

Абатурова Екатерина Алимпиевна (1918-2015)

Участник Великой Отечественной войны, ветеран труда.

Ветеран 1 корпуса Московского фронта ПВО, рядовой зенитного расчета наземного аэродромного обслуживания, 22 зенитно-пулеметного артиллерийского полка (после переименования, 3 гвардейская стрелковая дивизия ПВО).

Время службы: апрель 1942 - март 1944. В армии по призыву ЦК ВЛКСМ по Свердловской и Молотовской областям.

Место службы: аэродром базирования полков бомбардировочной авиации 746 и 890 ТБАП с авиаузлом в Кратово (ныне ЛИИ в г. Жуковском).

Награждена орденом Отечественной войны II степени, орденом «В. И. Ленин», медалями «За Победу», «Г. Жуков», юбилейными знаками и медалями.

Абатурова Екатерина Алимпиевна (1918-2015), изображение №1



Когда началась война, Екатерина Абатурова жила в г. Молотове. Каждый день начала войны приносил печальные вести: войска несли большие потери, и фронт подступал к Москве… В военкоматы приходили добровольцы, не только юноши, но и девушки. В апреле 1942 года из Перми и области были призваны две тысячи девушек-добровольцев. Пошла добровольцем и Катюша: «Я уже много чего умела. Окончила курсы фельдшеров. И еще до отправки на фронт принимала составы с ранеными на вокзале Перми II, работала в госпитале. Видела уже боль и страдание, много человеческих страданий»

После призыва красноармеец Абатурова была направлена в 22 зенитно-пулеметный полк, базировавшийся на военном аэродроме тяжелых ночных бомбардировщиков станция Кратово под Москвой (ныне ЛИИ в г.Жуковский).

«Привезли нас в Тушино, на аэродром. Там все было завалено трупами убитых немцев. Трупов было так много. До сих пор ужас… Мы очищали от них землянки. Потом строили свои землянки. В одной находилось 6 человек. Там было все так устроено, чтобы снаружи никто не догадался, что тут кто-то есть. Даже еду мы разогревали на специальных печках, без огня. Спали совсем мало. Но мы же были молодыми девчонками: смеялись, радовались, пели в землянках, старались как-то навести уют там, где жили…

Когда мы всё расчистили, то нас стали учить обращению с зенитками… Через месяц мы приняли присягу, и нас распределили по подразделениям. Мы, шестеро девчонок, попали на аэродром тяжелых ночных бомбардировщиков Пе-8. Так началась наша служба.

Работа аэродрома не прекращалась круглые сутки. Днем – подготовка к полетам, под постоянными обстрелами, ночью – боевые вылеты в тыл врага. Но «бойцы-красноармейцы» оставались просто девушками: смеялись и плакали, переживали, влюблялись, пели песни, встречали и провожали… Каждый день они жили так, словно это был их последний день. Поэтому, наверное, они стали такими дружными

«Моей самой близкой подругой была Зинчик – Зинаида Васильевна Пономарева. Мы везде были с ней. Мы были очень дружные, не перед кем было заискивать, мы были ровесницы.

Нарушится связь, — нам идти восстанавливать, под огнем, под бомбардировками. Катушка телефонного кабеля весила 60 кг, кроме того, с собой инструмент и телефон. И это мы тащим по снегу, до того места, где обрыв. Потом чиним провода… Тем же путем, ползком, назад на аэродром. Докладываем: «Связь восстановлена». Все время мы были в напряжении, обстрелы были постоянно… Только прижмемся друг к другу, задремлем, опять тревога, — налет. И так каждый день…

…И вот, нарушилась связь со штабом дивизии. Кругом земля дрожит, трещит вокруг, взрывается, грохочет. Катушку с кабелем приходилось волочь по снегу за собой. А Зинчик телефонный аппарат тащит, подключает и проверяет, говорит он или нет… Все время были под бомбежкой. Меня ударило взрывной волной, повредило руку. Обратно Зинчик волокла и катушку, и меня…»

Враг был очень близко, стремясь уничтожить «заграждение» Москвы:

«За нами немцы охотились постоянно. Наш аэродром был засекречен, закамуфлирован маскировочной сеткой. Вокруг аэродрома были макеты ложных «игрушечных» самолетов, создававшие вид аэродрома сверху.

Когда приехала я в штаб дивизии с донесением, докладываю откуда, а там мне говорят:

- Как с аэродрома?! Он разбомблен, немецкое радио сообщило об этом утром!

А я отвечаю:

- Да! Не возражаем, была бомбежка. Макеты все разгромлены, вокруг них тоже. Но самолеты и аэродром целы. Командир меня даже обнял от радости...»

Полк давал торжественную клятву гвардейцев: «Мы тебе, Родина-мать, клянемся… Пока глаза видят землю, а руки держат штурвал, не щадя ни крови, ни самой жизни, мы будем гордо нести гвардейские знамя, оберегая его чистоту и честь».

«…Вечером начиналась подготовка к вылету самолетов. Техники готовили экипажи, подвешивались бомбы, проверялись бортовые приборы. Летчики собирались «в путь-дорогу». Мы были в постоянном напряжении, каждую ночь могло произойти самое худшее. Иногда самолеты прилетали настолько поврежденные, что было просто чудо, как они смогли дотянуть до аэродрома. Многие экипажи не возвращались. Один самолет долетел до аэродрома, но был сильно поврежден, ребята были раненые и убитые. Экипаж запросил срочную посадку, но посадочная полоса была занята истребителями. Самолет пошел на второй круг и упал на свой же аэродром прямо на наших глазах. Мы плакали. И хоронили их сами. Одиннадцать гробов несли на воинское кладбище... Кладбище было очень большое…»

Бойцы оставались девочками, женщинами, сердце их так и не смогло зачерстветь…

Весной 1943 года к нам пришло «пополнение» — молоденькие 16-летние парнишки, просто дети. Они засыпали на ходу от усталости. Девочки с трудом их будили, кричали «Тревога!», а они спят крепко-крепко…. Они боялись налетов, бомбежек, прятались кто куда.

Однажды один из мальчишек пополнения испугался и побежал… Его, конечно, нашли и привели в часть. Судили, приговорили к расстрелу. А расстреливать назначили меня. Чтобы всем другим новобранцам дать урок: струсил – женщина тебе этого не простит. А я не могла его расстрелять. Сказала: «Убейте меня, но я этого делать не буду!» Заплакала и тоже убежала в лес. Меня искали, но не могли найти. Вышла позже, когда все улеглось. Меня сразу посадили на гауптвахту. Я понимала, что за неподчинение приказу меня тоже могли расстрелять, но… У нас был генерал Григоров – очень душевный человек. Когда он узнал всю эту историю, то велел отменить указ. Мальчика отправили на передовую. Меня отпустили на свободу…»

«Приползали к нам дети, они уже изучили дорогу. Когда бомбили, то уничтожили их село. Еле дышали, маленькие и худенькие были…Мы отдавали им сухой паек. Походные кухни к нам уже не доезжали, и с самолетов нам сбрасывали съестные припасы. В пакетах были сухари, каша, лапша. Дети толкали еду за рубашки, и возвращались обратно к своим землянкам на месте разрушенных домов».

Весной 1944 года после тяжелого ранения Катюшу Абатурову демобилизовали в тыл. ПобедуЕкатерина Алимпиевна встретила в Молотове: «День Победы я встретила уже дома. Это был самый счастливый в жизни день. Когда по репродукторам объявили: «Победа, товарищи!», на всех улицах люди обнимались, целовались, радовались от всей души. Даже не верилось, что война, наконец-то, закончилась…»

Многие годы, начиная с 1965, военкоматы организовывали традиционные встречи женщин-ветеранов весеннего призыва 1942 года, в пермском Доме офицеров.

И каждый год она встречалась с однополчанами в День призыва в войска ПВО – 14 апреля и в День Победы – 9 мая. Многие из ее боевых подруг остались жить в Москве и Подмосковье, но каждый год приезжали на эти встречи.

А еще они приходили на уроки Памяти в школы, техникумы и вузы, чтобы рассказать поколению своих внуков о том, как добывалась Победа. И надо было видеть, с каким удивлением и восторгом школьники смотрели на этих простых на первый взгляд бабушек, которые спокойно и по-будничному рассказывали про свой фронтовой опыт, про налеты авиации, про воздушные бои, про жизнь на аэродромах и в осажденной Москве, про испытания и людские потери, про свою «фронтовую работу»…

Абатурова Екатерина Алимпиевна (1918-2015), изображение №2